Газета «Советская Культура» - статья В. Шварц «Случай в горах» от 14.10.1975 г.

«Случай в горах» – статья из советской газеты о гибели туристов в 1975 году

Статья о гибели туристов из архива газеты «Советская Культура» от 14.10.1975 года. Трагический случай гибели 21 туриста в горах на Всесоюзном маршруте №30 — «Через горы к морю».

Собирая материалы для книги «Путеводитель туриста: «Тридцатка», для раздела «Гибель туристов в 1975 году», чтобы воссоздать более точную картину всей трагедии, я с трудом нашёл и оцифровал архивы газет тридцатилетней давности. Статья о гибели туристов из архива газеты «Советская Культура» от 14.10.1975 г. автора В. Шварц, раскрывает некоторые факты, которых мне не доставало для завершения книги. Меня не интересует, кто и при каких обстоятельствах погиб, и кого винить в трагедии. Важно, сделать выводы, чтобы не получить подобный и печальный опыт. Изучая информацию из разных источников, понимаешь, что журналисты допускают неточности и опечатки, прибавляют ко всему прочему не только чужие, но и свои личные мнения. Кому верить? Слова не могут быть истинной! Именно поэтому я решил собрать информацию по крупицам из разных источников, отсеяв сомнения и неточности.

Фотографии не имеют отношения к данной статье. Фото взяты из архива судебного разбирательства и личных архивов.

Случай в горах

Знаешь, всегда кажется, что ты в данной ситуации поступишь по-другому. А вот когда доведётся побывать в ней… И всё-таки я уверен, что эта история не кончилась бы так трагически… Да, стоило им прямо на тропе сесть в круг, отдать наиболее тёплую одежду тем, кто с краю, накрыться клеёнками, которые у них были, и ждать, когда утихнет буран, не было бы таких последствий. А они забыли о том, что в трудную минуту нужно держаться вместе…

Снова и снова я вспоминаю эти слова, сказанные Валерой Савиным, альпинистом с многолетним стажем, знающим горы Главного Кавказского хребта, как таблицу умножения. Вспоминаю я тогда, когда наш автобус, прижимаясь боком к нависшей над дорогой круче, медленно ползёт вверх. Внизу бьётся зажатая скалами, словно в тиски, кавказская пленница – речка Белая. Вот последний раз мелькнул её изящный изгиб и пропал за поворотом. Чем выше поднимается машина, тем ярче, до боли в глазах, светит солнце, и всё более чётко прорисовываются снежные вершины, упирающиеся своими остроконечными пиками в небесно-голубую твердь.

Натружено гудит мотор машины, преодолевающей несколько десятков неподатливых горных километров. Вот сейчас, совсем скоро, из-за поворота покажется небольшой, в два десятка домов посёлок Гузерипль, и полукруглые крыши турбазы «Кавказ», и надпись над входом в неё: «Добро пожаловать!» Тот автобус, вёзший в начале сентября группу туристов с Украины, ехал точно так же, и тот же вид открывался из окна.

И снова в памяти всплывают те трагические в своей сути факты и подробности, что я узнал за последнюю неделю. И память, словно чувствительная магнитная плёнка, зафиксировавшая все сведения, снова начинает воспроизводить эпизоды истории, происшедшей в горах.


Всесоюзный туристический маршрут Хаджох – Дагомыс проходит в горах Главного Кавказского хребта. Прекрасные места, хрустальный воздух, удивительный ландшафт кавказского заповедника – всё это привлекает туристов. Каждый год по маршруту Хаджох – Дагомыс проходит более шести тысяч человек.

30-й всесоюзный маршрут
30-й всесоюзный маршрут

Этот маршрут является внекатегорийным, не представляющим почти никакой сложности для туристов. Группа прибывает на турбазу «Горная» в посёлке Хаджох, проходит там в течение трёх дней предварительную подготовку, получает необходимое снаряжение, а затем её автобусом на турбазу «Кавказ» в Гузерипль. Ещё три дня и группа выступает в горы. За несколько часов туристы доходят до приюта «Армянский» (несколько палаток, приютившихся в горах), ночуют там, а на следующий день идут до приюта «Фишт». Снова ночёвка, и спуск с гор в Дагомыс, к морю…

9 сентября с турбазы «Кавказ» вышла группа №93 в составе 51 человека. Группу сопровождали два инструктора. Туристы достигли приюта «Армянский», переночевали там и пошли дальше на «Фишт». Туда они должны были прибыть 10 сентября в 16 часов. Ни в контрольное время, ни вечером, ни на следующий день группа на «Фишт» не пришла…

Что же произошло 10 сентября и в последовавшие за ним дни на туристическом маршруте Хаджох — Дагомыс?

Начнём рассказ с того момента, когда туристы, покинув приют «Армянский», вышли на тропу и направились к приюту «Фишт». Группа, разбитая на две равных подгруппы, одну из которых возглавляла Ольга Ковалёва, а другую Алексей Сафонов, оба студенты Донецкого сельскохозяйственного института, должна была пройти шестнадцать километров. Надо сказать, что участок пути на этом отрезке маршрута самый трудный – тропа проходит по склону хребта Буйного, образуя тяжёлый затяжной подъём. И ещё одна особенность этих мест – через пять-шесть километров после приюта «Армянский» начинаются альпийские луга – открытая местность, продуваемая насквозь всеми ветрами.

Подгруппы двигались одна за другой на расстоянии нескольких десятков метров. Несмотря на мелкий моросящий дождь, который начался после выхода туристов, у всех было прекрасное настроение. Шли легко, уверенно, не мешали и тяжёлые рюкзаки, заполненные тёплыми вещами и продуктами, полученными на турбазе. Вскоре дождь сменился слабым мокрым снегом, не предвещающим никакой опасности. Но когда группа вышла на альпийские луга, неожиданно поднялся ураганный ветер со снежной крупой. Сафонов решил догнать группу Ковалёвой, чтобы соединиться с ней – продвигаться вместе легче. Ему удалось это сделать, но идти дальше было невозможно. Резкий ветер валил с ног, из-за снежной круговерти видимость упала почти до нуля. И тогда инструкторы решили сойти с тропы и спуститься вниз под защиту леса. По прямой до него было не более полукилометра. С этого момента группа и осталась один на один со стихией.

Наверное, инструкторы приняли единственно верное в тот момент решение, но для тех, кто пришёл в горы впервые, это стало нелёгким делом. Была потеряна единственная артерия, связывающая туристов с людьми, теплом, жильём. И нужно было обладать немалым мужеством, чтобы не растеряться.

Теперь уже трудно, невозможно установить, кто первый бросил рюкзак и побежал. Можно только с уверенностью сказать, что это был слабый человек. Не физически, нет. Слабый духом. Он был первым, за ним побежал второй, третий… Вниз, вниз, быстрее вниз, под защиту леса. Не зная о том, что резко пересечённая местность отгораживала их от леса глубокими балками, идущими в разные стороны, люди бежали, теряя в белой мгле своих товарищей.

Так туристы оказались разбитыми на группки. Мы проследим судьбу тех, самых многочисленных из них, и начнём с момента, когда те, кто не побежал, пошли за инструктором.

Слабые стали отставать, – рассказывает врач Л. Косякова из города Севастополя, — Я и идущие за мной помогали тем, кто ослаб, и потеряли основную группу. Кричать было бесполезно, так как стоял сильный шум от ветра. Шли по следам, оставленным в снегу. Он был глубокий, местами по колено. Дошли до леса. Там было потише. На крик отозвались те, кто ушёл вперёд. Они показались на той стороне ручья, но оставшиеся до них добраться не смогли. Берега были очень круты. Сбоку и выше, судя по крикам в лесу, были ещё туристы, но маленькими группами. Все слышали друг друга, перекликались, но собраться вместе не смогли, так как кругом были обрывы, густой кустарник, глубокий снег

Словом, группа, где была Косякова, оказалась в тяжёлом положении. Замёрзшие, промокшие на сквозь люди, некоторые без тёплых вещей, оставленных в брошенных рюкзаках. Они не смогли разжечь костёр, спички отсырели. Наступала ночь. Снегопад снова сменился дождём, потом началась гроза, молнии били, казалось, прямо в лицо, ни на минуту не утихал сильный ветер. Те рюкзаки, которые оставались, они положили в круг, легли на них, а с верху, по пояс, накрылись клеёнками. Лежали, прижавшись к друг другу, но это не спасало от холода. Нужно было двигаться, чтобы не замёрзнуть. Косякова, как врач, понимала это лучше других. Она тормошила людей, заставляла их двигаться, но они безвольно сидели на мокрой земле. К рассвету четверо из них погибли…

Самая многочисленная группа вместе с инструкторами перебралась через ручей. Дошли до небольшой поляны с двумя высохшими пихтами. Сафонов приказал останавливаться здесь и разводить костёр. Нужно было искать отставших. И тогда инструктор предложил наиболее сильным идти с ним. Никто не отозвался. Он просил, уговаривал. С ним не пошёл никто. Сафонов ушёл один и, спустя час, привёл на поляну десятерых оставшихся туристов. Здесь он обнаружил, что костёр ещё не горит, а группа наиболее сильных ушла вниз. Нужно было разжигать костёр, но никто не хотел идти за сучьями. Снова пришлось уговаривать людей, объяснять им, что это нужно для спасения их собственной жизни. Наконец, несколько мужчин отправились на поиски хвороста. Вскоре запылал огонь.

— Люди слушались плохо, – рассказывает В. Панченко (инженер-конструктор из Донецка). — Возле костра все поместиться не могли. Те, которые были у костра, не пускали на и на пять минут. Никто не хотел идти за дровами. Когда Рита Кирюшкина пыталась пройти к костру, один из мужчин – Старосельский, чуть не столкнул её в обрыв.

Несколько крепких мужчин, – рассказывает В. Никитенков (инженер из Жданова), – отказывались оказывать помощь тем, кто чувствовал себя плохо. Валерий Баштовой и Алик Старосельский вели себя нагло, отталкивали слабых от костра…

Как можно объяснить такое? Сейчас те, кто был в ту ночь у костра, пытаются выгородить и оправдать себя, ссылаются на нервный шок, на то, что в тот момент не могли отвечать за свои поступки, за своё поведение. Но почему-то не веришь их словам, понимаешь, как, наверное, понимают и они сами, что те, кто отталкивал слабых от костра, пытались выжить любой ценой. Даже ценой подлости, ценой предательства.

История знает не мало примеров, когда человек, оставаясь один на один со стихией, с белым безмолвием, борется до конца и побеждает. Нет нужды приводить уже хрестоматийные примеры такого мужества. Но вот один из туристов, инженер Харьковского управление проектно-монтажных работ В. Свеженцев заявляет: «Кто хотел жить – тот выжил». Ребята из группы Саженцева, из той самой группы, что самовольно покинули товарищей и ушла вниз, хотели выжить. И они выжили. Бросив слабых.

В тот самый момент, когда инструктор ушёл на поиски людей, а туристы остались с другим инструктором, Олей Ковалёвой, ослепшей из-за снежной сечки, беспомощной, группа из семи человек, пожалуй, самых сильных, спокойных и уверенных в себе людей, решила уйти. Нет, они не пошли с инструктором, не помогли развести костёр, не поделились с оставшимися тёплыми вещами и продуктами, хотя были отлично экипированы, имели продукты, медикаменты, спички, клеёнки, у них была даже карта, по которой они ориентировались на местности. Это были люди, которые могли бы возглавить, соединить растерявшийся коллектив. Они не сделали этого. Они спасали прежде всего себя.

Не знаю, как потом они смотрели в глаза тем, кто остался жив. Трудно представить себе, что, например, тот же Свеженцев после всей этой истории спокойно уехал отдыхать на юг. «Не терять же из-за этого отпуск», – сказал он потом. Свеженцев, очевидно, считает себя сильным человеком. Ещё бы, побывал в такой переделке и остался живым и невредимым.

…Утром, когда рассвело, инструктор принял решение с группой самых сильных выходить на тропу в надежде встретить там следующую группу и попросить помощи. Замёрзшие, выбившиеся из сил, они выбрались на тропу, и тут их повстречали пастухи.

Рассказывает В. Острецов, пастух:

— Когда мы – я и второй пастух В. Крайний – наткнулись на ребят, они были чуть живые, насквозь мокрые, замёрзшие. Мы довели их до балагана (домик пастухов в горах, где они пережидают непогоду). Крайний остался с ними, а я пошёл искать других туристов. Снег был по пояс, следы быстро задувало. Вылез на кручу, увидел, что стоят два человека – девушка и парень. Они стояли без рюкзаков, еле держались на ногах, одежда на них была абсолютно сырая. Я их отвёл в пихтарник, посадил, сказал, чтобы они никуда не отлучались, а сам пошёл искать других людей. Скоро я встретил ещё группу туристов. Они сидели под пихтой, прижавшись друг к другу, состояние их было ужасное. Я сказал им, чтобы они сняли кеды, выжали носки, но они не слушали, ни на что не реагировали. От инструктора Ольги я узнал, что неподалёку есть ещё люди, и вскоре нашёл их. Соединив обе группы, я повёл их к балагану. Они еле шли. Одна из женщин не смогла двигаться. Я понёс её на себе, она просила, чтобы её бросили. Глаза у неё были какие-то неживые. Метель продолжалась. Я шёл впереди, пробивал тропу, говорил ребятам, чтобы никого не бросали. В балаган я привёл двадцать два человека, дорогой отстали четверо.

Этот рассказ можно было бы уточнить. Было так, что пастух послал двух мужчин за парнем и девушкой, которых он нашёл первыми, но мужчины вернулись, солгав, что никого не обнаружили. Пастух буквально заставлял людей идти, хотя он сам чуть не погиб, завязнув в снегу, и никто не протянул ему руку помощи…

Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела
Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела

Я бы хотел сказать несколько слов о группе в целом. Они приехали на Кавказ из Донецка и Жданова, Киева и Чернигова, Харькова и Севастополя. Молодые – студенты вузов и техникумов, и среднего возраста – рабочие, преподаватели, врачи, инженеры. В группе были коммунисты и комсомольцы, люди со средним и высшим образованием, физически сильные и слабые. Большинство из них находилось в горах впервые. Были и такие, для которых подобное путешествие являлось привычным.

Но коллектив этот был не однородным. Не было в нём крепкой, выработанной годами и общими трудностями дружбы. Но всё же это был коллектив и, казалось бы, в нём естественно должны были бы возникнуть свои законы. Законы эти воспитываются в людях всем нашим, советским образом жизни. Законы эти были известны Владимиру Острецову, который, рискуя жизнью, в невероятно трудных условиях сумел вывести людей к балагану и спасти им жизнь. Но ведь они наверняка были известны Валерию Баштовому, который, будучи одним из самых сильных, съел в балагане последнюю банку консервов, предназначенную для всех.

Как установила судебно-медицинская экспертиза, все оставшиеся в горах умерли от переохлаждения организма. Никто не сломал ногу, не упал с хребта, не провалился в трещину. Все они замёрзли.

Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела
Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела

Могло ли не быть трагедии? Конечно. И подтверждает это судьба одного из группы – Светы Вертикуш. Той самой девушки, которую первой нашёл пастух и велел ей никуда не уходить, ждать, что за ней придут. И она ждала. Долго. Парень, бывший с ней рядом, бросил её и ушёл (позже спасатели нашли его замёрзшим). А она, не потеряв самообладания, не потеряв мужества, ждала. Сутки, вторые, третьи. Она могла бы поддаться панике, уйти с того места и наверняка погибнуть. Но она, подчинялась внутренней дисциплине, оставалась на месте.

Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела
Спасательные работы в сентябре 1975 года. Фото из архива судебного дела

Рассказывает один из спасателей, И. Бакуленко, лесник:

— Мне кажется, что только огромное самообладание и вера в то, что за ней придут, помогли Свете выжить. Ведь если она растерялась, если бы поддалась панике – мы бы её не спасли. Горы не прощают слабости, не прощают трусости и малодушия…

Вот какая история произошла в горах.


Сейчас, когда анализируются события тех дней, когда прокуратурой Адыгейской автономной области возбуждено дело о гибели людей, когда достаточно компетентные лица выясняют в мельчайших подробностях всё происшедшее, постепенно выявляются и какие-то объективные обстоятельства происшедшего в горах. Да, туристическая база «Кавказ» не получила прогноза погоды. Да, группу в пути застал буран. ДА, ни приют «Армянский», ни приют «Фишт» не были оборудованы рациями, по которым можно было бы сообщить, что группа не пришла в контрольное время.

Вскоре состоится суд, который разберётся, почему так случилось. Директора турбазы «Кавказ» и «Горная» решением Адыгейского обкома КПСС исключены из партии и сняты с работы, а председателю областного совета по туризму и экскурсиям объявлен строгий выговор с занесением в учётную карточку.

Список погибших во время стихийного бедствия 10 сентября 1975 года
Список погибших во время стихийного бедствия 10 сентября 1975 года

Но с кем бы из людей, конкретно или косвенно причастных к этой истории, я не говорил, а среди них были опытные альпинисты, врачи, лесники, все они в один голос утверждали, что эта история не закончилась бы так трагически, если бы участники её вели себя по-иному, если бы у каждого из них существовали высокое чувство ответственности и внутренняя, воспитанная с детства потребность и умение отвечать не только за себя, но и за тех, кто рядом.

Редко в нашей повседневности встречаются такие исключительные обстоятельства, когда человек может до конца проверить себя, когда проявляется его собственное, глубоко запрятанное «я». Ну, а если вдруг произойдёт «случай в горах»? Каким оно окажется тогда, это «я»?

Статья о гибели туристов из архива газеты «Советская Культура» от 14.10.1975 г. Автор: В. Шварц, наш специальный корреспондент. Майкоп – Хаджох – Гузерипль

Оцените статью

4.9
 91 голос

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *